Андрей Павлович Гогин (1893–1979) — один из тех мастеров, чье имя неотделимо от истории жостовского промысла. Он начал работать еще до революции, прошел через артели и становление фабрики, стал художественным руководителем промысла и воспитал поколение художников, которые определили облик Жостова во второй половине XX века. Его творчество — это связь поколений: от дореволюционных мастерских Вишняковых до современной Жостовской фабрики декоративной росписи.
Андрей Павлович Гогин, восстановленное фото
Ученик Леонтьева, наследник традиции
Гогин родился в Жостове в семье потомственных мастеров: его дед и отец работали «по вольному найму». В двенадцать лет он поступил в ученики к знаменитому И. С. Леонтьеву, который сразу заметил дарование подростка. Через три года Андрей Павлович уже работал на фабрике Вишняковых — медленно, со старанием, «по одному подносу в день, с шести утра до восьми вечера», как вспоминал сам мастер.
Эта школа — работа с натуры, внимание к форме и цвету, свободная кистевая манера — стала основой его собственного метода. Гогин не пользовался натурой при росписи: цветы преображались и переосмысливались на подносе, подчиняясь декоративному замыслу и форме изделия. Это была не стилизация, а живописная импровизация на тему букета — то, что и сегодня отличает подлинно жостовскую роспись от копирования.
Поднос работы Андрея Павловича Гогина, 1940-1950 гг, из собрания Музея Жостовской фабрики
Новатор, который вернул классику
Самое известное новаторство Гогина — серия подносов на светлых фонах, созданная в 1949–1951 годах. В отличие от традиционной росписи, он отказался от приема «вписывания» букета в фон, а также от чертёжки и привязки, которые рельефно выделяли затемненные части. Каждый элемент росписи четко выделялся на светлом фоне; живопись велась в мягкой, сочной манере, с тонкими переходами тона в тон. Общий цветовой строй напоминал настенные фарфоровые блюда.
Но еще важнее другое: в 1940–50-е годы в промысле наметилась тенденция к перегрузке композиции, к излишней пышности и пестроте. Гогин сумел остановить этот процесс. Он заставил мастеров отказаться от крайностей и вернуться к лаконизму классического жостовского букета 1920–30-х годов — к взаимосвязи росписи с формой подноса, к тонким соотношениям крупных и мелких цветов, к ритму цветовых пятен и равновесию реалистического и условного начал.
Поднос "Тёмно-красный", А. П. Гогин, 52х67 см, 1947 г, металл, масло, лак, ковка, роспись. Из собрания Музея Жостовской фабрики
В 1956 году он возродил прием письма на перламутровой инкрустации, к которому не обращались с 1916 года. Это был не просто технический эксперимент, а возвращение к богатству фактуры, которое всегда отличало лучшие жостовские работы.
Педагог, изменивший систему обучения
Будучи художественным руководителем промысла, Гогин внес много нового в процесс обучения. В начале XX века ученику сначала вручали карандаш и бумагу, и он перерисовывал лубочную картинку; спустя два-три месяца ему давали поднос и кисть и предлагали писать крупные цветы. Гогин заменил этот механический способ свободным творческим экспериментированием, изучением природы и лучших образцов, выявлением собственной индивидуальности учащегося.
Его учениками были Б. В. Графов, Н. Н. Гончарова, Н. Н. Мажаев, Е. П. Лапшин и другие мастера, чьи работы сегодня хранятся в музеях и определяют лицо промысла. Графов вспоминал: «Перед ним проходили многие сотни подносов, но ни один изъян не укрывался от его глаза. Его замечания были всегда точны и верны. И ему всегда верили, с ним всегда соглашались».
Поднос "Храм Василия Блаженного", А. П. Гогин, 52х66 см, 1947 г, металл, масло, металлические порошки, лак, ковка, роспись. Из собрания Музея Жостовской фабрики
Поднос "Букет на синем", А. П. Гогин, 44х58 см, 1947 г, металл, масло, лак, ковка, роспись. Из собрания Музея Жостовской фабрики
Связь поколений
Творчество Гогина — это мост между эпохами. Он начал работать еще при Вишняковых, пережил революцию, артели, становление фабрики, войну и послевоенный расцвет промысла. И на каждом этапе он оставался верен главному: жостовский поднос — это не просто предмет быта, а произведение искусства, где рука мастера, его чувство цвета и ритма важнее любого шаблона.
Сегодня, когда Жостовская фабрика декоративной росписи продолжает традиции двухсотлетнего промысла, имя Андрея Павловича Гогина стоит в ряду тех, кто сохранил и развил это искусство. Он не просто расписывал подносы — он сберег и передал следующим поколениям то лучшее, что было накоплено жостовскими мастерами за десятилетия.
Поднос "Юбилей Москвы", А. П. Гогин, 52х66 см, 1947 г, металл, масло, металлические порошки, лак, ковка, роспись. Из собрания Музея Жостовской фабрики
Источник текста: Народные мастера. Традиции, школы. Выпуск 1 (под ред. М. А. Некрасовой, 1985). Автор очерка — Л. А. Дьяков.
